ewsdr/test/hpsdr/README.md

# Разбор всплесков на передаче по трафику радио (openHPSDR, протокол 2)

Всплеск на передаче в этом тракте может родиться в трёх разных местах, и
глазами их не отличить. Дамп трафика отличает, потому что в проводе лежит
ровно то, что мы отдали радио, и ровно то, что радио вернуло:

| где родился | что видно в дампе |
|---|---|
| наш DSP / очередь TX | разрыв **внутри** DUC I&Q: скачок на стыке пакетов, клиппинг, дыра по времени |
| сеть / провод | потеря `seq` DUC I&Q (наружу) или DDC I&Q (внутрь), дубли, переупорядочение |
| радио / прошивка | DUC I&Q ушёл ровным, а радио жалуется: FIFO overflow, пустой DUC FIFO |
| приёмный тракт ПК | на проводе всё цело, но растут `RcvbufErrors`/`drops` — мусор на водопаде, а не в эфире |

Последняя строка важнее, чем кажется: **всплеск, увиденный на своём водопаде,
может вообще не уйти в эфир** — это может быть дыра в приёмном потоке DDC.
Инструмент это разделяет.

## 1. Съём

```
sudo test/hpsdr/capture.sh                 # bridge0, радио 172.16.2.200
sudo test/hpsdr/capture.sh -i eth0 -h 172.16.2.99 -d /var/tmp/cap
```

Пишется кольцо `-W 24 -C 150` (24 файла по 150 МБ ≈ 10-15 мин полного дуплекса)
плюс `*.drops` — счётчики потерь ядра раз в секунду.

Явление редкое, поэтому работаем так: запустили съём, работаем в эфире как
обычно. **Увидели всплеск — засекли время по часам и дали ещё секунд десять,
потом Ctrl-C.** Кольцо гарантирует, что последние минуты на диске, а засечённое
время сразу показывает, в какую строку отчёта смотреть.

Место: полный дуплекс на 192 кГц TX + пара DDC ≈ 3-6 МБ/с. Кольцо не растёт.

## 2. Разбор

```
test/hpsdr/pcap_tx_scan.py /tmp/hpsdrcap/hpsdr-*.pcap \
    --watch-ddc 3 --drops /tmp/hpsdrcap/hpsdr-*.drops
```

**`--watch-ddc N` — главный ключ, если вы смотрите свой сигнал на конкретном
приёмнике** (DDC3 = UDP-порт 1038). Тогда скан ищет всплески прямо в приёмном
потоке и сопоставляет каждый с тем, что в этот момент ушло в эфир. Без ключа
всплески ищутся на всех DDC.

Прочие ключи: `--tx-only` (события только внутри передачи), `--radio IP` (если
автоопределение промахнулось), `--corr СЕК` (окно сопоставления, по умолчанию
0.05), `--max N`, `--env env.csv` (профиль огибающей по пакетам — можно
построить график и увидеть форму всплеска).

## 3. Как читать отчёт

**`=== передачи ===`** — по каждому нажатию PTT: сколько DUC-пакетов реально
ушло против расчётных `длительность / 1.25 мс`. Минус десятки пакетов = очередь
TX голодала, в эфире дыры. Тут же диапазон глубины DUC FIFO радио: здоровая
передача держит его далеко от нуля.

**`=== сопоставление ===`** — ради этого всё и делалось. По каждому всплеску,
найденному в приёмном потоке, печатается всё, что случилось в окне ±50 мс, со
смещением в миллисекундах, и вердикт. Смещение важно: свой сигнал возвращается
в приёмник с задержкой тракта (ЦАП, эфир, конвейер DDC), поэтому причина обязана
стоять с **минусом** — раньше всплеска. Вердикты: `НАШ ТРАКТ` (в DUC I&Q рядом
`BREAK`/`CLIP` — сигнал ушёл в провод уже испорченным), `АРТЕФАКТ ПРИЁМА` (дыра
в самом приёмном потоке или `SOCK-DROP` — в эфир всплеск не уходил), `РАДИО`,
`ПРОВОД`, `КОМАНДА НА ХОДУ`, `ЖЕЛЕЗО` (рядом чисто в обе стороны).

**`=== конфигурация DDC ===`** — из перехваченного DDC Specific: источник
каждого включённого DDC (`ADC0` = эфир, `DAC` = петля PureSignal) и его частота
дискретизации. Источник решает, что вообще означает увиденный всплеск: с ADC —
это сигнал в антенне, с DAC — только то, что ушло в модулятор.

**События, по убыванию доказательности:**

* `RX-SPIKE` — выброс над фоном в приёмном потоке. Ищется **только на передаче**:
  там свой сигнал держит ровный уровень, и всё, что торчит над ним, — событие.
  На приёме эфир скачет сам, детектор был бы бессмысленным. Первые 250 мс после
  фронта PTT пропускаются: уровень там меняется законно.
* `BREAK` — последний отсчёт пакета N и первый отсчёт N+1 разошлись больше чем
  на 45% огибающей. На 192 ksps соседние отсчёты речевого сигнала так не прыгают:
  это разрыв фазы/амплитуды, то есть щелчок или всплеск шириной во весь фильтр.
  Родился до провода, значит у нас — в WDSP, в сборке пакетов или в очереди.
  (Ровно эта подпись однажды уже ловилась: `bfo=0` в `OpenChannel(TXA)`.)
  Ищется только в исходящем DUC: на приёме шум эфира прыгает от отсчёта к
  отсчёту сам по себе, а разрыв от потерянного пакета и так виден по `seq`.
* `CLIP` — упор в полную шкалу DAC, печатается по фронту с длительностью.
* `TX-STARVE` / `FIFO-OVF` — жалоба самого радио: DUC FIFO пуст на передаче
  либо переполнение. При пустом FIFO радио передаёт что попало.
* `SOCK-DROP` — на проводе пакеты были, ядро их выбросило. Тогда всплеск на
  экране — артефакт приёма, в эфир он не уходил.
* `HOLE` — пауза между пакетами больше 2.5 периодов потока. Для DUC норма
  1.25 мс, для DDC период выучивается по медиане первых 200 интервалов.
* `SEQ-LOSS` / `SEQ-DUP` — потери и дубли в проводе, отдельно наружу и внутрь.
* `HP-CHG` — High Priority сменился ПОСРЕДИ передачи, с расшифровкой поля
  (частота DDC/DUC, drive, Alex, атт., OC). Смена частоты или drive на ходу —
  это клик по построению.
* `DUCSPEC` / `DDCSPEC` — Specific-пакеты, ушедшие на передаче.

**Пусто во всех разделах при засечённом всплеске** — значит трактовка меняется:
цифровой поток чист от нас до радио и обратно, ищем дальше по железу (PA, ALC,
питание, реле), а не в софте.

## Файлы

* `capture.sh` — кольцевой съём tcpdump + лог потерь ядра.
* `pcap_tx_scan.py` — разбор pcap, чистый Python без зависимостей (~40 МБ/с).

## Приборы внутри процесса: кольцевая трассировка TX-тракта

★**Сняты из кода 2026-08-24** — пейсинг TX проверен на железе, всплесков нет, и
инструмент больше не нужен в горячем пути. Последняя редакция зондов лежит в
коммите `d209697`; вернуть их целиком:

    git show d209697 -- TxTrace.pas | git apply          # сам юнит
    git show <коммит снятия> | git apply -R              # точки съёма и TraceInit

Скрипт разбора (`txtrace_scan.py`) оставлен: формат дампа не менялся, и при
возврате зондов он работает как прежде. Ниже — описание прибора на случай
возврата.

Дамп на проводе видит ПАУЗУ в потоке DUC, но не видит, кто её сделал. Для этого
в код вписывалось кольцо трассировки (`TxTrace.pas`), выключенное по умолчанию.

Включение — переменной окружения, кольцо сбрасывается на диск в конце КАЖДОЙ
передачи (после снятия PTT, чтобы файл не задержал выход из эфира):

    EWSDR_TXTRACE=1 ./bin/x86_64-linux/ewsdr
    # файлы: ~/.config/ewsdr/txtrace-<дата>-tx.txt

Разбор: `./txtrace_scan.py ~/.config/ewsdr/txtrace-*-tx.txt`

Что пишется (только выбросы там, где событий тысячи в секунду):

| событие | A | B | C |
|---|---|---|---|
| `PTT` | 1 старт / 0 конец | источник модуляции: 0 радио, 1 звуковая карта, 2 внешняя подача (web/TCI) | |
| `RECV-GAP` | пауза между возвратами `recvfrom` >2 мс | порт | |
| `HANDLER` | длительность обработчика >2 мс | порт | длина пакета |
| `HP-SYNC` | длительность `Invoke(ApplyHPStatus)` = `TThread.Synchronize` >2 мс | | |
| `TX-TICK` | зазор между тиками TX-потока | уровень mic-ринга НА ВХОДЕ тика | блоков сделано |
| `TX-PHASE` | `fexchange0` | кормление TX-анализатора (стоит ПЕРЕД отдачей IQ) | отдача IQ в очередь DUC |
| `CHRONO` | сколько отсчётов просим у клиента TCI | остаток долга | пауза от прошлого маркера |
| `TX-AUDIO` | пауза от прошлого блока от клиента | `length` из шапки клиента | отсчётов после интерполяции |
| `PULL-MIC` | запрошено у звуковой карты | реально получено | пауза от прошлой тяги |
| `DUC-DRY` | виртуальный уровень FIFO радио | глубина очереди | |
| `DUC-RUN` | длительность простоя очереди | уровень FIFO на выходе | глубина очереди |

Ключевые чтения:

* `DUC-RUN` длиннее 10.42 мс (подушка `DUC_FIFO_THROTTLE`) = кандидат на всплеск;
  скрипт печатает историю событий перед каждым таким простоем;
* `TX-TICK` с `B` меньше 512 = продюсер не успел, тракт тут ни при чём;
* `TX-AUDIO` с периодом около 40-60 мс = зернистость запроса TCI (тик 20 мс
  против блока 2048 отсчётов = 42.7 мс), а не сбой сети;
* пара (`B`, `C`) у `TX-AUDIO` проверяет учёт каналов: при стерео `length`
  обязан быть вдвое больше моно-отсчётов до интерполяции.