mirror of
https://git.vladimir.cc/vladimir/ewsdr.git
synced 2026-08-25 17:27:32 +00:00
feat(tx): тихий детектор голодания очереди TX
Всплеск, рождённый нашим трактом, невозможен без одного события: очередь DUC
простаивает дольше подушки отправителя (DUC_FIFO_THROTTLE = 2000 отсчётов при
192 кГц = 10.42 мс). Съём 2026-08-21 это показал прямо: шесть всплесков — шесть
простоев 10.3-23.5 мс, а паузы 8 мс и короче не дали ни одного. Значит счётчик
таких простоев — полный детектор «наш/не наш», и оператору больше не нужно
называть интервал на глаз.
Новый юнит TxHealth.pas. Включён всегда: переменной окружения нет намеренно —
прибор, который надо не забыть включить, к моменту дефекта выключен.
* поток отправителя DUC мерит каждый простой очереди на передаче — одно чтение
монотонных часов на ПЕРЕХОД, ни файлов, ни локов (обе ветки, win и unix);
* планировщик TCI публикует рядом состояние пейсинга (аванс, долг, в полёте,
квант, шаг, период пачек клиента) — простыми записями, без лока: числа
диагностические, а лок в потоке отправителя DUC недопустим для тайминга;
* сетевой поток считает бит HPS_FIFO_EMPTY из HP-статуса радио — поле ГЛУБИНЫ
FIFO на этой прошивке статично (256) и веры ему нет, а бит мы не читали вовсе;
* ★журнал пишет ТОЛЬКО потребитель — таймер UI (100 мс) и цикл демона через
TxHealthService. В тракте передачи диска нет по построению.
Последнее — правило, оплаченное регрессом: прошлый прибор (TxTrace) сбрасывал
дамп синхронно в хвосте SetMOX, и эти десятки миллисекунд закрывали гонку в
пейсинге TCI (лечение — fa38fa7). Инструмент чинил дефект собой.
Журнал ~/.config/ewsdr/txhealth.log, строка на передачу: «чисто» либо «ОПАСНО
(первое на N мс)» плюс подробности с контекстом пейсинга. В статусной строке
UI — «·сухо N» за сеанс, чтобы не помнить, какая посылка была плохой.
Стенд: секция G в test/tci (порог подушки, сводка, момент от фронта PTT,
контекст рядом с событием, молчание вне передачи) — 276/276. Диск стенд не
трогает намеренно: берёт сводки через TxHealthTake/TxHealthDetail, мимо
TxHealthService, иначе писал бы в настоящий журнал пользователя.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
Claude-Session: https://claude.ai/code/session_01Bkwwyj7xVRrqnSVEseTRfV
This commit is contained in:
Claude Opus 5
@@ -105,6 +105,55 @@ TX голодала, в эфире дыры. Тут же диапазон глу
|
||||
* `capture.sh` — кольцевой съём tcpdump + лог потерь ядра.
|
||||
* `pcap_tx_scan.py` — разбор pcap, чистый Python без зависимостей (~40 МБ/с).
|
||||
|
||||
## Тихий детектор голодания очереди TX (включён всегда)
|
||||
|
||||
Всплеск, рождённый НАШИМ трактом, невозможен без одного события: очередь DUC
|
||||
простаивает дольше подушки отправителя (`DUC_FIFO_THROTTLE` = 2000 отсчётов при
|
||||
192 кГц = **10.42 мс**). Это доказано съёмом 2026-08-21: шесть всплесков — шесть
|
||||
простоев 10.3–23.5 мс, паузы 8 мс и короче не дали ни одного. Поэтому счётчик
|
||||
таких простоев — **полный** детектор, и он теперь живёт в самой программе
|
||||
(`TxHealth.pas`), без переменных окружения: прибор, который надо не забыть
|
||||
включить, к моменту дефекта выключен.
|
||||
|
||||
Что делает:
|
||||
|
||||
* поток отправителя DUC мерит каждый простой очереди на передаче — одно чтение
|
||||
монотонных часов на переход, ни файлов, ни локов;
|
||||
* планировщик TCI публикует рядом состояние пейсинга (аванс, долг, в полёте,
|
||||
квант, шаг, период пачек клиента) — простыми записями;
|
||||
* сетевой поток считает биты «DUC FIFO пуст» из HP-статуса радио (поле ГЛУБИНЫ
|
||||
на этой прошивке статично и веры ему нет, а бит раньше не читался вовсе);
|
||||
* журнал пишет **потребитель** — таймер UI (100 мс) или цикл демона, никогда не
|
||||
тракт передачи.
|
||||
|
||||
★Последнее — правило, оплаченное регрессом: прошлый прибор (`TxTrace`) сбрасывал
|
||||
дамп синхронно в хвосте `SetMOX`, и эти десятки миллисекунд закрывали гонку в
|
||||
пейсинге TCI. С зондами всплесков не было, без них они возвращались —
|
||||
инструмент чинил дефект собой (лечение: коммит `fa38fa7`).
|
||||
|
||||
Журнал: `~/.config/ewsdr/txhealth.log`, по строке на передачу.
|
||||
|
||||
```
|
||||
2026-08-24 19:08:03 ОПАСНО (первое на 100 мс) передача 12.4 с, источник TCI: осушений 17, опасных 1, самое длинное 18.0 мс, FIFO-EMPTY 0
|
||||
опасный #1: на 100 мс от PTT, 18.0 мс, очередь 0, аванс 3584, долг 2200, в полёте 1024, квант 512, шаг 5333 мкс, пачка клиента 44.1 мс
|
||||
```
|
||||
|
||||
Как читать:
|
||||
|
||||
* **`чисто`** — за эту передачу очередь ни разу не пересыхала дольше подушки.
|
||||
Значит увиденный всплеск родился НЕ в нашем тракте: смотреть приёмный тракт
|
||||
(дыра в DDC — на экране есть, в эфире нет), PA, реле, спуры.
|
||||
* **`ОПАСНО`** — простой был, и подробная строка называет виновника по контексту:
|
||||
пачка клиента длиннее аванса (`пачка клиента` > `аванс`/48 мс) — зернистость
|
||||
MSHV; `долг` у потолка при малом `в полёте` — планировщик не успевает;
|
||||
`шаг` заметно больше половины кванта — проспал поток планировщика.
|
||||
* Строка статуса в UI показывает `·сухо N` — сколько опасных простоев набралось
|
||||
за сеанс, чтобы не приходилось помнить, какая посылка была плохой.
|
||||
|
||||
Правило разбора то же, что и с pcap: **дальше сопоставлять**. Детектор говорит
|
||||
«очередь сохла в такой-то момент», `pcap_tx_scan.py` по тому же куску времени
|
||||
скажет, ушёл ли всплеск в эфир или это артефакт приёма.
|
||||
|
||||
## Приборы внутри процесса: кольцевая трассировка TX-тракта
|
||||
|
||||
★**Сняты из кода 2026-08-24** — пейсинг TX проверен на железе, всплесков нет, и
|
||||
|
||||
+79
-1
@@ -28,7 +28,7 @@ program tcitest;
|
||||
uses
|
||||
cthreads, Classes, SysUtils, Math, SyncObjs, Sockets, BaseUnix,
|
||||
TCIProtocol, TCIStreams, TCIServer, TCIAdapter, RadioController,
|
||||
WsClient, WebUtils, WDSPEngine, Settings, CWMorse;
|
||||
WsClient, WebUtils, WDSPEngine, Settings, CWMorse, TxHealth, PlatformUtils;
|
||||
|
||||
var
|
||||
Passed, Failed: Integer;
|
||||
@@ -2207,6 +2207,83 @@ begin
|
||||
end;
|
||||
end;
|
||||
|
||||
procedure TestTxHealth;
|
||||
// Детектор голодания очереди TX (TxHealth.pas). Стенд проверяет его отдельно от
|
||||
// сети: порог «опасного» простоя, сводку по передаче, контекст пейсинга рядом с
|
||||
// событием и то, что вне передачи прибор молчит.
|
||||
// ★Диска здесь нет намеренно: TxHealthService писал бы в НАСТОЯЩИЙ журнал
|
||||
// пользователя, поэтому стенд берёт сводки через TxHealthTake.
|
||||
var
|
||||
Base: Int64;
|
||||
S: TTxSession;
|
||||
D: TTxDrought;
|
||||
Was: Integer;
|
||||
begin
|
||||
WriteLn('G. Детектор голодания очереди TX');
|
||||
|
||||
// Сводки, накопленные прошлыми частями стенда (они гоняют SetMOX), забираем,
|
||||
// чтобы мерить своё.
|
||||
while TxHealthTake(S) do ;
|
||||
Was := TxHealthDangerTotal;
|
||||
|
||||
// Вне передачи прибор обязан молчать: простой на приёме — это норма, DUC-поток
|
||||
// тогда не шлёт вообще ничего.
|
||||
Base := MonotonicUs;
|
||||
TxHealthDrought(Base, Base + 50000, 0);
|
||||
TxHealthFifoEmpty;
|
||||
Check('детектор: вне передачи простой не считается',
|
||||
TxHealthDangerTotal = Was, IntToStr(TxHealthDangerTotal - Was));
|
||||
|
||||
TxHealthPtt(True, txhSrcTCI);
|
||||
TxHealthPublishTci(3584, 2200, 1024, 512, 5333, 44100);
|
||||
Base := MonotonicUs;
|
||||
// Короткий простой: подушка отправителя его покрывает, в эфир он не выходит.
|
||||
TxHealthDrought(Base, Base + 8000, 7);
|
||||
Check('детектор: простой короче подушки не опасен',
|
||||
TxHealthDangerTotal = Was, IntToStr(TxHealthDangerTotal - Was));
|
||||
// Длинный: FIFO радио сохнет, в эфире голая несущая.
|
||||
TxHealthDrought(Base + 100000, Base + 118000, 0);
|
||||
TxHealthFifoEmpty;
|
||||
Check('детектор: простой длиннее подушки опасен',
|
||||
TxHealthDangerTotal = Was + 1, IntToStr(TxHealthDangerTotal - Was));
|
||||
TxHealthPtt(False, 0);
|
||||
|
||||
Check('детектор: сводка передачи снялась', TxHealthTake(S));
|
||||
Check('детектор: простоев посчитано верно', S.Droughts = 2, IntToStr(S.Droughts));
|
||||
Check('детектор: опасных посчитано верно', S.Dangerous = 1, IntToStr(S.Dangerous));
|
||||
Check('детектор: самое длинное — длиннее подушки',
|
||||
S.LongestUs = 18000, IntToStr(S.LongestUs));
|
||||
Check('детектор: момент первого опасного — от фронта PTT',
|
||||
(S.FirstDangerMs >= 90) and (S.FirstDangerMs <= 130),
|
||||
IntToStr(S.FirstDangerMs));
|
||||
Check('детектор: источник модуляции в сводке', S.Source = txhSrcTCI);
|
||||
Check('детектор: жалоба радио (FIFO EMPTY) считается только на передаче',
|
||||
S.FifoEmpty = 1, IntToStr(S.FifoEmpty));
|
||||
|
||||
// ★Ради этого прибор и делался: рядом с опасным простоем лежит состояние
|
||||
// пейсинга — по нему видно, чей простой (аванса, зернистости клиента или
|
||||
// планировщика), и оператору не нужно называть интервал на глаз.
|
||||
Check('детектор: контекст пейсинга лежит рядом с событием',
|
||||
TxHealthDetail(S.Id, 0, D));
|
||||
Check('детектор: в контексте аванс и пачка клиента',
|
||||
(D.Lead = 3584) and (D.GapUs = 44100) and (D.Quantum = 512) and
|
||||
(D.LenUs = 18000),
|
||||
Format('аванс %d, пачка %d, квант %d, простой %d',
|
||||
[D.Lead, D.GapUs, D.Quantum, D.LenUs]));
|
||||
Check('детектор: второго опасного в этой передаче нет',
|
||||
not TxHealthDetail(S.Id, 1, D));
|
||||
|
||||
// Чистая передача: сводка обязана прийти с честным «опасных 0» — именно она и
|
||||
// снимает подозрение с нашего тракта.
|
||||
TxHealthPtt(True, txhSrcCard);
|
||||
Base := MonotonicUs;
|
||||
TxHealthDrought(Base, Base + 3000, 9);
|
||||
TxHealthPtt(False, 0);
|
||||
Check('детектор: чистая передача помечена как чистая',
|
||||
TxHealthTake(S) and (S.Dangerous = 0) and (S.Droughts = 1) and
|
||||
(S.FirstDangerMs < 0), Format('опасных %d', [S.Dangerous]));
|
||||
end;
|
||||
|
||||
procedure TestEndToEnd;
|
||||
const
|
||||
PORT = 40098;
|
||||
@@ -2657,6 +2734,7 @@ begin
|
||||
TestServer;
|
||||
TestEndToEnd;
|
||||
TestTxPacing;
|
||||
TestTxHealth;
|
||||
WriteLn;
|
||||
WriteLn(Format('Итого: %d проверок, провалено %d', [Passed + Failed, Failed]));
|
||||
if Failed > 0 then Halt(1);
|
||||
|
||||
Reference in New Issue
Block a user